воскресенье, 19 июня 2016 г.

И опять о переводчиках

Да, дорвался до древнего, по современным меркам, текста.
Верный принципу «никаких имен», назову их Н.Г. и И.Г. и приведу те места из рецензий, где переводчицы рассматривают одну и ту же сцену, обратившую на себя их внимание – и выводы, которые они сделали.

И.Г.: «Если не считать сцены, когда Дроув и Кареглазка в первый и последний раз становятся физически близки, которая в переводе потребует значительного смягчения, роман безусловно подходит для перевода. …Роман «Здравствуй, лето, и прощай» очень много потеряет в посредственном, не говоря уже о плохом переводе, поскольку в нем большую роль играют лирическая интонация и определенная старомодность стиля».

Н.Г.: «Подробно, со смаком описано сближение Дроува с его подружкой. А потом они, полураздетые, идут по улицам городка, привлекая все взгляды, – и недавняя скромница, только что сыгравшая весьма активную роль, выставляет напоказ пережитое удовольствие. Мягко говоря, пересол, а вернее – отдает порнографией».

Из "Мы совершенно незаметны".

Я издавна привык считать людей, переводивших художественные тексты в советское время, хорошими профессионалами. А вот эта заметка (давняя, как видно), резко сместила оценку в сторону "журналист типовой резиновый". Потому что единственным критерием качества работы переводчика для меня является адекватная передача оригинального текста на язык перевода. Да, критерии адекватности могут быть разными. Но смешение роли переводчика с ролью цензора однозначно смещает авторитет переводчика глубоко вниз ipso facto.

Работа, требующая высокой квалификации, да. Воображение себя "волосителями дум"©, WUT? Однозначно нет и просто иди нахуй, писателишка.

Комментариев нет:

Отправить комментарий